Сегодня
26 января
Валюта
74.36
90.41

В прошлой жизни я была сестрой милосердия

Уходящий год для медсестры Анны Бережной был непростым – в красной зоне госпиталя она провела 60 дней.

 

 

Анна Бережная с сыном Германом.

 

 

Анна родилась в Мостовском, жила в Ейске, теперь с семьёй обосновалась в Лабинске. Пока я искала её маленький домик, вдруг пошёл снег, крупные резные снежинки закружились в воздухе и стали медленно опускаться на землю — красота неимоверная! Как-то сразу стало спокойно и светло на душе — старый, очень трудный год заканчивается, Новый год на носу и впереди так много хорошего!

 

 

От судьбы не уйдёшь

 

Анна пригласила меня в дом и спросила:

— Любуетесь снегом? Я тоже люблю настоящую зиму — снег, санки, с горки покататься, в снежки поиграть! Увы, сейчас уж таких зим нет, нынешним детям не повезло…

— Анна, вы так говорите, как будто вам сто лет в обед! Вам хоть тридцать-то есть?

В дальнейшем разговоре выяснилось, что моей прелестной собеседнице чуть больше 35. Сыну Герману — 13, в счастливом браке с Сергеем — более 17 лет. Две недели назад она вышла из красной зоны Лабинского ковид-госпиталя. Именно об этом я пришла поговорить с Анной.

Для начала мне хотелось выяснить, как молодая женщина пришла в медицину. Ведь уже давно эта самая гуманная в мире профессия в силу своей сложности не находится у молодёжи в приоритете.

— Не поверите — с детства хотела, чтобы от меня пахло лекарствами, — говорит Анна, — мы с сестрёнками дома играли в больницу. А что вы хотите? Папа — врач, мама – медсестра. В станице Губской, где мы жили, мама заведовала кабинетом физиотерапии, а отец был главврачом. Мы даже обедали у мамы на работе, там была комната для приёма пищи. Мама и нас кормила, и успевала принимать пациентов.

В юности Аня хотела убежать от судьбы — поступила в училище на повара, отучилась, поработала в столовой… и через несколько лет поступила в Лабинское медицинское училище на специальность «лечебное дело». Стала, как и мама, как старшая сестра Наташа, — медиком. Ещё будучи студенткой, работала в операционном блоке санитаркой, потом, после окончания учёбы, устроилась медсестрой в перевязочный кабинет хирургического отделения Лабинской ЦРБ — так пролетело 10 лет.

— Дочь любит свою работу, — рассказывает мама Альбина Филипповна. — Пусть и платят мало, но сколько ни уговаривали мы её в частную клинику перейти — не хочет слушать. Говорит, лучше в своей перевязочной будет трудиться. Руки у Ани маленькие, нежные, перевязывает ловко, умело, уколы и капельницы тоже ставит мастерски, небольно, пациенты это всегда отмечают.

 

 

Настрой — терпеть

 

А тут и коронавирус подоспел. Больница превратилась в госпиталь. Хирургию закрыли. Анне Бережной и её коллегам пришлось работать с ковидными больными, осваивать новую специфику. Наша героиня отстояла две смены — это два месяца: сентябрь и ноябрь.

— В госпиталь везут больных отовсюду — из Лабинского, Мостовского, Курганинского, Армавирского районов, со Ставрополья, — отмечает Анна. — Кладут тех, у кого пневмония, высокий процент поражения лёгких — 40 процентов и более. Их прокапываем, колем, даём кислород. Приятно, когда люди выздоравливают. Сложнее выкарабкаться больным с сахарным диабетом, лишним весом, пожилым.

— Аня, расскажите, как вы входите в рабочий процесс.

— Пока входишь — в шоке находишься. Я сколько лет работала в перевязочной, а тут мне в реанимации пришлось весь сентябрь работать, в ноябре была процедурной и постовой медсестрой. Две-три смены — и включаешься в работу, понимаешь, как и что… В середине месяца уже домой хочется, а последняя неделя — самая тяжёлая.

— Вы сказали, что смена длится восемь часов. То есть восемь часов работаете без перерыва, без питья, в туалет нельзя — это как?

— Если не думать о питье и туалете, то и не захочется. Нужен настрой. За столько лет работы в медицине у меня выработалась привычка: в перевязочной всегда пациентов много, если нет времени попить-поесть, ну и не надо. Я не снимала маску, щиток с экраном, костюм, перчатки все восемь часов. Костюм многоразовый, но его, если сняла, нужно потом обработать, и он будет сырой. Мне не хотелось этого.

— Какие отношения складывались с пациентами?

— По-разному было. 68 человек на этаже — есть спокойные люди, доброжелательные, есть скандальные. «Мне укол нужно было делать в восемь часов!» — говорит больной. И он по-своему прав. Но я же не могу разорваться, всем 30 диабетикам сделать укол в одно и то же время. Даже если буду очень спешить! Бывает, за смену ни разу присесть не удаётся, к вечеру ноги подкашиваются. Идёшь со смены, думаешь, ну наемся и полежу! Но пришла — сразу в душ и в постель, есть даже не хочется, настолько устаёшь. Коллеги-медсёстры с другого этажа заставляли меня кушать, мол, и так худющая, ешь. Силы-то нужны!

 

 

Мама людям помогает

 

Анна скучала по мужу и сыну, переживала за его учёбу. Хотя на супруга можно во всём положиться: и еду приготовит, и в доме уберёт. Но ей, как любой женщине, хотелось в семью. Да, они постоянно созванивались, иногда делали с Герой уроки по телефону, Сергей ездил к жене и возил ей домашнюю еду, всякие вкусняшки. «Их же там не кормят!» — говорит Сергей. «Ну как же не кормят?! — смеётся Аня. — Просто хочется домашнего».

И вот она дома, и все счастливы… Спрашиваю Германа, хотел бы он стать медиком, как мама?

— Нет, не хочу, это трудно, нужно всё время людям помогать.

— Разве это плохо? — спрашиваю у мальчика.

— Хорошо, но я буду учиться на программиста, ведь мужчина должен деньги зарабатывать.

Ну что тут скажешь? Парень прав, пожалуй.

— Новый год я люблю, вчера ёлку собрала и нарядила её, — говорит Анна. — Раньше сын помогал, а теперь подрос и у него другие интересы. В Деда Мороза уже не верит.

— Аня, а кем вы были на школьных ёлках?

— Была Снежинкой, конечно, Ёлочкой. В хоре пела, мама меня в танцевальный записывала, но я на сцену боялась выходить — стеснительная очень.

Муж подтвердил, что Анна стеснительная, но зато красавица, умница и добрая очень.

— Да, мама добрая. Она и животных очень любит, — подхватывает сын. — А ещё вкусно готовит, блины у неё вкуууусные!

 

 

Мы прозрели?

 

— В прошлой жизни я работала в перевязочной, в хирургии, и снова хотела бы туда вернуться, — сказала мне Анна Бережная.

Сейчас она временно трудится в рентген-кабинете, а с февраля, возможно, снова пойдёт в красную зону, если потребуется. Только вот в новогодние праздники ей очень хочется быть с сыном и мужем.

Мы очень многое поняли за минувший год. Поняли, как замечательно любить, дружить, общаться, ходить друг к другу в гости, путешествовать. Мы прозрели и знаем теперь, как бесценны учителя, как нам плохо без врачей, медсестёр и, конечно же, учёных и только на них — вся надежда в этой новой реальности с коронавирусом, когда смерть ходит так близко от нас. В Лабинской ЦРБ с начала пандемии умерло три врача, пятеро докторов заболели в ноябре. И так хочется, чтобы и руководство больницы (госпиталя) больше ценило своих сотрудников, ежедневно рискующих жизнью.

С наступающим, друзья! Хуже уже не будет, а значит, в 2021-м году есть надежда на лучшее.

 

Лариса Торопова. Фото автора.

 

 

Опубликовано 13 янв | 162 просмотров

Оставить комментарий

* Обязательно к заполнению