Сегодня
19 июля
Валюта
87.74
95.76

Что внучка узнала про деда-казака

Для этого она перелопатила множество книг по истории кубанского казачества

 

Татьяна Арцивенко, внучка казака-пластуна, деда никогда не видела даже на фото, но слышала о нём в детстве от бабушек. Теперь она может сама рассказать о том, кем был и как жил её дед.

— Пластуны – это казаки без коня. Когда мы слышим слово «казак», мы всегда представляем молодца, гарцующего на лихом коне и размахивающего шашкой, — рассказывает Татьяна.

— Но история сохранила для нас и другой образ казака, пешего, несущего сторожевую и разведочную службу. У врагов пластуны вызывали ужас и панику. Ведь они могли часами, порой даже в тяжёлых условиях, пластом лежать на земле, слившись с окружающей местностью, и вести наблюдение.

О подвигах этих воинов в семье Татьяны рассказывали маленьким детям, о них звучали песни и легенды. Принято считать, что слово «пластун» произошло от древнеславянского «плазати» (ползать). Такая служба появилась ещё у наших предков-воинов, о которых в византийских и древнеславянских источниках говорится, что они «могли врага руками убить». Эти детали Татьяна узнала из исторической литературы.

— Когда началась Великая Отечественная война, моего деда призвали в Красную армию, в отдельный казачий батальон, — продолжает рассказывать Татьяна. — Он служил в разведке. Мои родственники говорили, что дед Филипп умел бесшумно передвигаться, терпеливо сидеть в засаде, отлично маскироваться, имитировать для сигналов птичьи и звериные голоса. Проявлял смекалку, хладнокровие и выдержку.

Освободив от фашистов родные края, казак Филипп отправился в Европу, куда его позвала служба. Боевые песни кубанского пластуна звучали в Софии, Варшаве, Бухаресте, Праге, Берлине.

Завершился его боевой путь трагично в самом конце войны в Германии, где он трагически погиб при взятии Берлина.

Семья думала, что он пропал без вести. Но уже после войны бабушке пришло письмо с приглашением на торжественное захоронение мужа в братской могиле под Берлином.

Татьяна рассказывает, что из военной литературы она узнала интересную деталь: немецкий офицер Альфред Курц так писал в походной записной книжке, иллюстрируя военную мощь казаков: «Всё, что я слышал о казаках времён войны 1914 года, блёкнет перед теми ужасами, которые мы испытываем при встрече с ними теперь. Одно воспоминание о казачьей атаке приводит меня в ужас, и я дрожу… Даже ночью во сне меня преследуют казаки. Это какой-то чёрный вихрь, сметающий всё на своём пути. Мы боимся казаков, как возмездия всевышнего.

Вчера моя рота потеряла всех офицеров, 92 солдата, три танка и все пулемёты».

Татьяна уверена, что современный спецназ не возник на пустом месте. Она считает, что нынешний российский спецназ – это достойное продолжение кубанского пластунского войска.

Опыт и навыки кубанских пластунов находят применение и сегодня. Энтузиасты возрождают их боевое искусство и активно применяют его в патриотическом воспитании подрастающего поколения.

— Каждый пластун – казак, но не каждый казак – пластун,- рассуждает Татьяна Арцивенко.

– Горжусь тем, что во мне течёт кровь казака-пластуна.

 

Наталья Викторова.

 

Опубликовано 16 окт 2021 | 550 просмотров

Оставить комментарий

* Обязательно к заполнению